The ClinicianThe ClinicianКлиницист1818-83382412-8775Publishing House ABV Press67410.17650/1818-8338-2026-20-1-K763ORIGINAL INVESTIGATIONSОРИГИНАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕResearch ArticleFrequency and risk factors of fractures in elderly patients with sarcopeniaЧастота и факторы риска переломов у пациентов пожилого и старческого возраста с саркопениейhttps://orcid.org/0000-0003-2923-9712SafonovaYu. A.СафоноваЮ. А.
Russian Federation
jula_safonova@mail.ruI.I. Mechnikov North-West State Medical University, Ministry of Health of RussiaФГБОУ ВО «Северо-Западный государственный медицинский университет им. И. И. Мечникова» Минздрава РоссииV.A. Nasonova Clinical Rheumatology Hospital No. 25СПб ГБУЗ «Клиническая ревматологическая больница № 25 им. В. А. Насоновой»2506202620112-110233213012026Copyright ©; 2026, ABV-pressCopyright ©; 2026, АБВ-­пресс2026ABV-pressАБВ-­прессhttps://creativecommons.org/licenses/by/4.0/https://klinitsist.abvpress.ru/Klin/article/view/674

Aim. To determine the frequency and risk factors for fractures in patients with sarcopenia aged 65 years and older living in the community dwellings.

Material and methods. This cross-sectional, single-center study included 230 people aged 65 years and older (70 men and 160 women, median age 75 (interquartile range 68–79) years) who received consultations in a medical institution in Saint Petersburg. The diagnosis of sarcopenia was made according to the EWGSOP2 (European Working Group on Sarcopenia in Older People 2) criteria (2018). Phosphorus-calcium metabolism and vitamin D level were assessed; physical activity was evaluated using the International Physical Activity Questionnaire (IPAQ), and depression was assessed using the Hospital Anxiety and Depression Scale (HADS). All patients underwent dual-energy X-ray absorptiometry to diagnose osteoporosis and received anti-osteoporotic therapy with bisphosphonates.

Results. A high fracture rate was found in patients with sarcopenia compared to patients without it (39.4 % versus 26.7 %; p < 0.01) due to proximal hip fractures (18.8 and 7.7 %, respectively; p < 0.01). Sarcopenia increased the risk of fractures 1.52-fold (95 % confidence interval (CI) 1.01–2.28; p = 0.049), and hip fractures by 2.28-fold (95 % CI 1.28–4.05; p = 0.003). The risk of fractures was higher in patients with low muscle strength (odds ratio (OR) 5.459; 95 % CI 1.918–6.561; p = 0.0023), low muscle mass (OR 3.284; 95 % CI 1.394–4.253; p = 0.0064), in those who fell and had a fear of falling (OR 2.639; 95 % CI 1.824–3.275; p = 0.0081 and OR 1.363; 95 % CI 1.003–1.853; p = 0.0476, respectively), body mass index < 25 kg / m2 (OR 3.465; 95 % CI 1.55–4.482; p = 0.0065) and serum 25-OH vitamin D level < 20 ng / mL (OR 1.882; 95 % CI 1.172–3.224; p = 0.0067).

Conclusion. A high fracture rate was found in patients with sarcopenia due to hip fractures associated with low muscle strength and muscle mass, falls and fear of falling, body mass index, and serum vitamin D deficiency.

Цель исследования – определить частоту и изучить факторы риска переломов у пациентов с саркопенией в возрасте 65 лет и старше, способных к самообслуживанию.

Материал и методы. В одномоментное одноцентровое исследование включены 230 человек 65 лет и старше (70 мужчин и 160 женщин, медиана возраста 75 лет (межквартильный размах 68–79 лет)), обратившихся за консультативной помощью в учреждение специализированной медицинской помощи Санкт-Петербурга. Саркопению диагностировали по критериям EWGSOP2 (European Working Group on Sarcopenia in Older People 2, Европейская рабочая группа по саркопении у пожилых людей 2). Лабораторное обследование выполняли для оценки фосфоро-кальциевого обмена и определения уровня витамина D. Физическую активность определяли по IPAQ (International Physical Activity Questionnaire, Международный опросник физической активности), депрессию – с помощью HADS (Hospital Anxiety and Depression Scale, Госпитальная шкала тревоги и депрессии). Всем пациентам проводили диагностику остеопороза с последующим назначением антиостеопоротической терапии бисфосфонатами.

Результаты. Выявлена высокая частота переломов у пациентов с саркопенией по сравнению с лицами без нее (39,4 % против 26,7 %; р < 0,01) преимущественно за счет переломов проксимального отдела бедренной кости (ПОБК) (18,8 и 7,7 % соответственно; р < 0,01). Наличие саркопении увеличивало риск переломов любой локализации в 1,52 раза (95 % доверительный интервал (ДИ) 1,01–2,28; р = 0,049), а переломов ПОБК в 2,28 раза (95 % ДИ 1,28–4,05; р = 0,003). Вероятность переломов была выше у пациентов с низкой мышечной силой (отношение шансов (ОШ) 5,459; 95 % ДИ 1,918–6,561; р = 0,0023), низкой мышечной массой (ОШ 3,284; 95 % ДИ 1,394–4,253; р = 0,0064), у падавших и испытывавших боязнь упасть пациентов c саркопенией (ОШ 2,639; 95 % ДИ 1,824–3,275; р = 0,0081 и ОШ 1,363; 95 % ДИ 1,003–1,853; р = 0,0476 соответственно), а также у лиц с индексом массы тела < 25 кг / м2 (ОШ 3,465; 95 % ДИ 1,55–4,482; р = 0,0065) и уровнем витамина D (25-ОН D) в сыворотке крови < 20 нг / мл (ОШ 1,882; 95 % ДИ 1,172–3,224; р = 0,0067).

Заключение. Установлена высокая частота переломов у пациентов с саркопенией за счет ее локализации в ПОБК, ассоциированная с низкими мышечной силой и мышечной массой, падениями и боязнью упасть, а также с индексом массы тела < 25 кг / м2 и дефицитом витамина D в сыворотке крови.

older agesarcopeniamuscle strengthmuscle massphysical performancefunctional activityfallfracturevitamin D deficiencyпожилой возрастсаркопениямышечная силамышечная массафизическая работоспособностьфункциональная активностьпадениепереломдефицит витамина DTatangelo G., Watts J., Lim K. et al. The cost of osteoporosis, osteopenia, and associated fractures in Australia in 2017. J Bone Miner Res 2019;34:616–25. DOI: 10.1002/jbmr.3640Seitz D.P., Anderson G.M., Austin P.C. et al. Effects of impairment in activities of daily living on predicting mortality following hip fracture surgery in studies using administrative healthcare databases. BMC Geriatr 2014;14:9. DOI: 10.1186/1471-2318-14-9Chen Y., Guo Y., Tong G. et al. Combined nutritional status and activities of daily living disability is associated with one-year mortality after hip fracture surgery for geriatric patients: a retrospective cohort study. Aging Clin Exp Res 2024;36:127. DOI: 10.1007/s40520-024-02786-8Borgström F., Karlsson L., Ortsäter G. et al. Fragility fractures in Europe: burden, management and opportunities. Arch Osteoporos 2020;15(1):59. DOI: 10.1007/s11657-020-0706-yWu A.M., Bisignano C., James S.L. et al. Global, regional, and national burden of bone fractures in 204 countries and territories, 1990–2019: a systematic analysis from the Global Burden of Disease Study 2019. Lancet Healthy Longev 2021;2(9):e580–92. DOI: 10.1016/S2666-7568(21)00172-0Lesnyak O.M. Audit of the state of the osteoporosis problem in the Russian Federation. Profilakticheskaya meditsina = Preventive Medicine 2011;14(2):7–10. (In Russ.).Лесняк О.М. Аудит состояния проблемы остеопороза в Российской Федерации. Профилактическая медицина 2011;14(2):7–10.Lesnyak O., Ershova O., Belova K. et al. Epidemiology of fracture in the Russian Federation and the development of a FRAX model. Arch Osteoporos 2012;7(1-2):67–73. DOI: 10.1007/s11657-012-0082-3Rodionova S.S., Seropolov P.S., Solod E.I. Incidence of proximal femur fractures in older age groups in the city of Armavir. Osteoporoz i osteopatii = Osteoporosis and Bone Diseases 2025;28(1):13–20. (In Russ.). DOI: 10.14341/osteo13187Родионова С.С., Серополов П.С., Солод Э.И. Заболеваемость переломами проксимального отдела бедра у лиц старших возрастных групп в городе Армавир. Остеопороз и остеопатии 2025;28(1):13–20. DOI: 10.14341/osteo13187Evstigneeva L.P., Piven A.I. Epidemiology of osteoporotic vertebral fractures according to X-ray morphometric analysis among a population sample of Yekaterinburg residents aged 50 years and older. Osteoporoz i osteopatii = Osteoporosis and Bone Diseases 2001;(2):2–6. (In Russ.).Евстигнеева Л.П., Пивень А.И. Эпидемиология остеопоротических переломов позвоночника по данным рентгеноморфометрического анализа среди популяционной выборки жителей г. Екатеринбурга 50 лет и старше. Остеопороз и остеопатии 2001;(2):2–6.Lesnyak O.M., Baranova I.A., Belova K.Yu. et al. Osteoporosis in the Russian Federation: epidemiology, medical, social, and economic aspects of the problem (literature review). Travmatologiya i ortopediya Rossii = Traumatology and Orthopedics of Russia 2018;24(1):155–68. (In Russ.). DOI: 10.21823/2311-2905-2018-24-1-155-168Лесняк О.М., Баранова И.А., Белова К.Ю. и др. Остеопороз в Российской Федерации: эпидемиология, медико-социальные и экономические аспекты проблемы (обзор литературы). Травматология и ортопедия России 2018;24(1):155–68. DOI: 10.21823/2311-2905-2018-24-1-155-168Mikhaylov E.E., Benevolenskaya L.I. Epidemiology of osteoporosis and fractures. In: Handbook of osteoporosis. Moscow: BINOM. Laboratory of knowledge, 2003. Pp. 10–55. (In Russ.).Михайлов Е.Е., Беневоленская Л.И. Эпидемиология остеопороза и переломов. В: Руководство по остеопорозу. М.: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2003. С. 10–55.Wilkinson D.J., Piasecki M., Atherton P.J. The age-related loss of skeletal muscle mass and function: measurement and physiology of muscle fibre atrophy and muscle fibre loss in humans. Ageing Res Rev 2018;47:123–32. DOI: 10.1016/j.arr.2018.07.005Cruz-Jentoft A.J., Bahat G., Bauer J. et al.; Writing Group for the European Working Group on Sarcopenia in Older People 2 (EWGSOP2), Extended Group for EWGSOP2. Sarcopenia: revised European consensus on definition and diagnosis. Age Ageing 2019;48(1):16–31. DOI: 10.1093/ageing/afy169Maden-Wilkinson T.M., McPhee J.S., Rittweger J. et al. Thigh muscle volume in relation to age, sex and femur volume. Age (Dordr) 2014;36(1):383–93. DOI: 10.1007/s11357-013-9571-6Zhang X., Huang P., Dou Q. et al. Falls among older adults with sarcopenia dwelling in nursing home orcommunity: a meta-analysis. Clin Nutr 2020;39(1):33–9. DOI: 10.1016/j.clnu.2019.01.002Yeung S.S.Y., Reijnierse E.M., Pham V.K. et al. Sarcopenia and its association with falls and fractures in older adults: a systematic review and meta-analysis. J Cachexia Sarcopenia Muscle 2019;10(3):485–500. DOI: 10.1002/jcsm.12411Su Y.-C., Chang S.-F., Tsai H.-C. The relationship between sarcopenia and injury events: a systematic review and meta-analysis of 98,754 older adults. J Clin Med 2022;11(21):6474. DOI: 10.3390/jcm11216474Huang S., Chang L., Cai Z. Sarcopenia is associated with increased hip fracture risk among middle-aged and elderly Chinese adults in longitudinal analysis of CHARLS data. Sci Rep 2025;15(1):24598. DOI: 10.1038/s41598-025-10341-2Huang P., Luo K., Xu J. et al. Sarcopenia as a risk factor for future hip fracture: a meta-analysis of prospective cohort studies. J Nutr Health Aging 2021;25(2):183–8. DOI: 10.1007/s12603-020-1474-5Yoo J.I., Ha Y.C., Kwon H.B. et al. High prevalence of sarcopenia in Korean patients after hip fracture: a case-control study. J Korean Med Sci 2016;31(9):1479–84. DOI: 10.3346/jkms.2016.31.9.1479Beaudart C., Zaaria M., Pasleau F. et al. Health outcomes of sarcopenia: a systematic review and meta-analysis. PLoS One 2017;12(1):e0169548. DOI: 10.1371/journal.pone.0169548Tsujimura S., Michikawa T., Tsuzuki A. et al. Association between fractures and health status among independent older adults: insights from a suburban cohort in Japan. BMC Geriatr 2025;25(1):243. DOI: 10.1186/s12877-025-05876-yAlajlouni D., Tran T., Bliuc D. et al. Muscle strength and physical performance improve fracture risk prediction beyond garvan and FRAX: the Osteoporotic Fractures in Men (MrOS) study. J Bone Miner Res 2022;37(3):411–9. DOI: 10.1002/jbmr.4483Vendrami C., Shevroja E., Gonzalez Rodriguez E. et al. Muscle parameters in fragility fracture risk prediction in older adults: a scoping review. J Cachexia Sarcopenia Muscle 2024;15(2): 477–500. DOI: 10.1002/jcsm.13418Safonova Yu.A. Sarcopenia as a risk factor for falls and fractures. Klinitsist = The Clinician 2019;13(3-4):22–8. (In Russ.). DOI: 10.17650/1818-8338-2019-13-3-4-22-28Сафонова Ю.А. Саркопения как фактор риска падений и переломов. Клиницист 2019;13(3-4):22–8. DOI: 10.17650/1818-8338-2019-13-3-4-22-28Gadhvi C., Bean D., Rice D. A systematic review of fear of falling and related constructs after hip fracture: prevalence, measurement, associations with physical function, and interventions. BMC Geriatr 2023;23(1):385. DOI: 10.1186/s12877-023-03855-9Johansson H., Kanis J.A., Odén A. et al. A meta-analysis of the association of fracture risk and body mass index in women. J Bone Miner Res 2014;29(1):223–33. DOI: 10.1002/jbmr.2017. Erratum in: J Bone Miner Res 2017;32(11):2319. DOI: 10.1002/jbmr.3218Harvey N.C., Johansson H., McCloskey E.V. et al. Body mass index and subsequent fracture risk: a meta-analysis to update FRAX. J Bone Miner Res 2025;40(10):1144–55. DOI: 10.1093/jbmr/zjaf091Telli H., Özdemir Ç. The effects of sarcopenia and fracture risk on kinesiophobia, fear of falling, fall risk and quality of life in geriatric individuals. Türk Osteoporoz Dergisi 2024;75–88. DOI: 10.4274/tod.galenos.2023.60437Hong W., Cheng Q., Zhu X. et al. Prevalence of sarcopenia and its relationship with sites of fragility fractures in elderly Chinese men and women. PLoS One 2015;10(9):e0138102. DOI: 10.1371/journal.pone.0138102Shin J., Kim K.Y., Park J.H. et al. Fracture risk in Korean postmenopausal women: the influence of BMI, age, and bone density. Osteoporos Sarcopenia 2025;11(2):65–8. DOI: 10.1016/j.afos.2025.03.001Yu S.J., Yang Y., Zang J.C. et al. Evaluation of serum 25-hydroxyvitamin d3 and bone mineral density in 268 patients with hip fractures. Orthop Surg 2021;13(3):892–9. DOI: 10.1111/os.12920Safonova Yu.A. Risk factors for vitamin D deficiency and its relationship with sarcopenia in people aged 65 years and older. Osteoporoz i osteopatii = Osteoporosis and Bone Diseases 2024;27(2):15–23. (In Russ.). DOI: 10.14341/osteo13165Сафонова Ю.А. Факторы риска дефицита витамина D и его взаимосвязь с саркопенией у людей в возрасте 65 лет и старше. Остеопороз и остеопатии 2024;27(2):15–23. DOI: 10.14341/osteo13165Wang X., Hu Y., Yun S. et al. Muscle function mediates the association between vitamin D deficiency and hip fracture risk: a retrospective study in older adults. Front Endocrinol (Lausanne) 2025;16:1658529. DOI: 10.3389/fendo.2025.1658529Kim H.S., Jang G., Park J.W. et al. Vitamin D deficiency and sarcopenia in hip fracture patients. J Bone Metab 2021;28(1):79–83. DOI: 10.11005/jbm.2021.28.1.79